Спецтема
Фестивальные дневники

Прощай, молодость

Печать

42-й по счёту Киевский международный кинофестиваль «Молодость» представил самую слабую конкурсную программу за все годы своего существования. К счастью, в его внеконкурсном блоке нашлось место действительно актуальным и радикальным кино-высказываниям.

Гран-при за изнасилование

Глава международного жюри 42-й Молодости Золтан Камонди
Фото: molodist.com
Глава международного жюри 42-й Молодости Золтан Камонди

«Кто такой этот Золтан Камонди?» - недоумевали зрители и киноманы на протяжении всей нынешней «Молодости». «Поднимите руки, кто знает Антонена Арто! Что, никто не знает?» - злорадствовал уже упомянутый председатель международного жюри фестиваля на церемонии его закрытия. Мало кому известный кинорежиссёр из Будапешта, к сожалению, не шутил. Несчастным вип-гостям церемонии закрытия пришлось выслушивать 20-минутный спич беспардонного венгра об Арто и его театре жестокости. То, к чему так нагло и долго вёл Камонди, удивило ещё больше. «Этот фильм открыл ворота к философии «Молодости» и открыл очень оригинальный новый путь в кинематографе!» - заявил он, вручая, наконец, гран-при фестиваля картине «L» Бабиса Макридиса (Греция).

Увы, поводов для недоумения на 42-й «Молодости» было предостаточно. Пожалуй, ещё никогда на этом старейшем кинофестивале Украины и одном из ведущих мировых киносмотров студенческих и дебютных фильмов не было столь слабой конкурсной программы. И, пожалуй, впервые гран-при на нём отдали картине, которая не только не открывает никаких «новых путей в кинематографе», но даже смотрится как-то вопиюще неуместно на кинофестивале с таким названием.

Немногие поклонники этого фильма отзывались о нём как о талантливейшем синтезе сюрреализма с брутальной тривиальностью. «L» показывает историю водителя, который вдруг лишается автомобиля, бывшего ему и домом, и средством заработка и начинает учиться жить заново (по словам продюсера Аманды Ливану, «L» означает знак «начинающий водитель», общепринятый в европейских странах). Год назад премьера этого фильма с невероятной помпой прошла на ряде известнейших международных кинофестивалей. Однако награда на «Молодости» стала для него первой. «Это полная неожиданность, - призналась Аманда. – Мы с «L» уже не раз принимали участие во многих кинофестивалях, но ещё ни разу ничего не получали».

Смертельно скучная, отвратительно снятая, с плохой актёрской, операторской и монтажной работой эта претенциозная картина заигрывает со зрителем на территории «авангардного кино». Если Золтан Камонди и другие члены международного жюри «Молодости» увидели в этой поделке самобытное произведение, то возникает подозрение, что они не знакомы с творчеством Алена Рене и Алена Роб-Грийе, снявших действительно талантливые и радикальные эксперименты с погружением в метафизику и отказом от традиционных элементов повествования ещё в далёких 1960-х. Бабис Макридис просто извлёк всё это на свет божий, приправил псевдоавторскими оксюморонами и даже не попытался придать ему новую оболочку.

- “L" - очень своеобразная картина, - отметил известный российский киновед, член жюри кинопрессы нынешней «Молодости» Кирилл Разлогов. - Этот фильм вызвал раздражение. Поскольку он из разряда тех лент, которые не хотят понравиться зрителю, а хотят его изнасиловать.

Стоит ли говорить о том, что идея руководства фестиваля показать на церемонии закрытия фильм-обладатель гран-при была, мягко говоря, неудачной. Толпы людей с мрачными лицами выходили из зала после первых 10-20 минут картины. Лучше бы им показали любой из старых фильмов Алена Роб-Грийе (ретроспектива которого прошла в рамках фестиваля). По крайней мере, это больше имеет отношение к кино, чем сомнительная поделка греческого происхождения.

Лучшее из худшего

Режиссер фильма Истальгия Дарья Онищенко
Фото: Макс Левин
Режиссер фильма Истальгия Дарья Онищенко

После прошлогоднего позора в виде «Земли забвения» Михаль Боганим с изуродованной в кадре (в прямом смысле слова) Ольгой Куриленко самые настороженные ожидания были у украинского фильма в главной конкурсной программе – «Истальгия» Дарьи Онищенко, снятой в копродукции с Германией и Сербией. И хотя прорывом эта лента не стала, она оказалась намного лучше целого ряда конкурсных фильмов, непонятно как затесавшихся в основной конкурс.

При этом дирекция «Молодости», похоже, не скрывала, что «ставит» на «Истальгию». Если не ошибаюсь, программный директор фестиваля Денис Никитенко из всех фильмов полнометражного конкурса лично пришёл представлять только фильм Дарьи Онищенко. «Для нас эта картина особенно важна, - заявил он. – Дело в том, что её проект был впервые представлен два года назад в рамках проходящего на «Молодости» международного рынка копродукции «Boat Meeting». А теперь мы рады представить вам международную премьеру фильма». Увы, добрых слов для представления других конкурсных фильмов у него не нашлось.

Большое недоумение вызвало включение к конкурс французского фильма «Алия» Эли Важеман о 27-летнем парижском наркоторговце, который почему-то решил начать новую жизнь в Тель-Авиве. Ничего нового ни в киноязыке, ни в самой истории не представил и Зденек Йираски в своих «Бутончиках» (Чехия) – «чернушной» истории о беспросветной жизни в чешской провинции. Скучнейшую кальку с фильмов Ясудзиро Одзу напомнил дебют Фан Сон «Воспоминания смотрят на меня» (Китай). Очень милыми (но не более того) были две американские картины – «Год, когда Долли Партон была моей мамой» Тары Джоунз и «Гони бабки!» Адама Леона. А наиболее интересные, острые и талантливые фильмы – «Наложница» Умута Дага (Австрия), «Хемель» Саши Полак (Нидерланды) и «10 жимов к раю» Мадса Матисена (Дания) вообще остались незамеченными международным жюри.

- В этом году в отборочную комиссию поступило рекордное количество фильмов. Мы отобрали из них в конкурс самое лучшее, - обещал перед началом «Молодости» генеральный директор фестиваля Андрей Халпахчи.

Если же попытаться увидеть какие-то тенденции в отобранных конкурсных фильмах, выводы о текущем состоянии мирового кинематографа будут самыми безрадостными. Редкий случай для фестиваля - большинство фильмов студенческой и короткометражной программы оказались скучными и откровенно слабыми. К примеру, я так и не понял, зачем включили в конкурс картину «Фаза живого трупа» Бруно Трака (Бельгия). Вначале её герой в муках ожидает смерть: врачи подтвердили СПИД, от которого тот должен умереть в самое ближайшее время. Однако герой фильма непонятно почему связывает свою личную трагедию со взрывом на Чернобыльской АЭС. Вскоре драма перерастает в роуд-муви и заканчивается хэппи-эндом: диагноз оказался ошибочным и в поисках очищения герой едет на экскурсию в Припять.

- Осталось непонятным, почему в вашей истории возникла тема Чернобыля? Почему вы решили объединить в ней проблемы СПИДа и радиации? – спросил я у режиссёра.

- В 2005 году я побывал на экскурсии в Припяти, снимал там на свою видеокамеру и был настолько потрясён, что решил в будущем использовать эти документальные кадры в игровом фильме, - объяснил Бруно Трак. – Но я не провожу между радиацией и СПИДом знака равенства. Всё, что их объединяет, это их невидимость.

Недоумение вызвала и другая конкурсная короткометражка – претенциознейший «Автопортрет в Аду» Дмитрия Старусева (Украина) по произведению Ивана Вырыпаева. Её действие происходит в сумасшедшем доме, где герой фильма провёл в «бесконечном вазелиновом сне» шесть лет и встретил свою любовь в лице санитарки Нели.

- Этот фильм не о психушке, а о пространстве. Он о поисках нежности даже в условиях такой пограничного состояния, - рассказал Дмитрий Старусев.

Что потеряла «Молодость»

Официальный повод для дискуссий – обсуждение закона о "пропаганде гомосексуализма"
Фото: molodist.com
Официальный повод для дискуссий – обсуждение закона о "пропаганде гомосексуализма"

Справедливости ради следует отметить, что интересные, хотя в большинстве своём «ровные» и даже милые фильмы в конкурсе всё-таки были. Это и комедийная короткометражка «Галстук-бабочка» Фернан-Филиппа Морин-Варгаса (США). И горькая история о последних днях вымирающего села – «Камыш» («Очерет») Руслана Батицкого (Украина). И неожиданная экспериментальная зарисовка о жизни в коммунистической Румынии 1950-х годов – «Соляной камень» Элизы Мурешан (Франция). Её герои – бездомные архитекторы, для которых также не хватало жилья в коммунистическую эпоху. «Сюжет основан на воспоминаниях моего деда, - рассказала мне Элиза Мурешан. – Он работал архитектором, но поскольку был не женат, то не имел права на жильё. Дефицит личного пространства тогда испытывали многие его коллеги. Они могли проектировать роскошные здания, банки и рестораны, но не иметь личного угла».

Хороши также были фильмы «Дедушка никогда не видел моря» Кристин Гюрцелер (Швейцария) — документально-поэтическая история о родной семье режиссёра, в которой затаена скрытая тревога поколения, выросшего «после Холодной войны». «Человеческий фактор» Тибо Ле Тэксье (Франция) — киноэксперимент, посвящённый теме зарождения терроризма («Я хотел показать, что «основоположники» этого явления были людьми прогрессивными и умными, делающими это из самых лучших побуждений», - объяснил режиссёр).

«Санта кто?» Димитриса Мутсякаса (Греция), «Разное» Мохамеда Иссоля (Франция), «Движение» Леонардо Кариглино (Греция) с замечательной актёрской работой Стеллы Эрми. И, конечно, «Риторика жертвы» Кати Вик (Швеция) «Мой фильм показывает жизненные ситуации, в которые никто не хочет попадать, но неизменно попадает, - говорит Катя Вик. - Герои моего фильма — женщины, а показанная в нём история актуальна для многих из них. Несмотря на то, что все мои героини — представительницы разных поколений — свыклись с обыденной ролью жертвы, не думаю, что фильм будет неприятен феминисткам. Ведь мужчины в нём вообще ничего не делают. Феминистки могут быть спокойны!».

Несмотря на отдельные удачи, мне показалось, что отборщики «Молодости» в этот раз мало внимания уделили, собственно, отбору фильмов на различных кинофестивалях. К примеру, большую досаду у меня вызвало отсутствие в конкурсе одного из самых ярких дебютов минувшего года - «Лето Джакомо» (L’estate di Giacomo) итальянца Алессандро Комодана. Показ этого неординарного фильма на нескольких международных кинофестивалях вызвал оживлённые дискуссии о зыбкой грани между документальным и игровым кино. Одна лишь деталь: на одних киносмотрах лента «проходила» в качестве документальной (коей, собственно, и являлась), а на других — как абсолютно игровая (что, как ни странно, также было оправданно). Не были включены во внеконкурсную программу и некоторые другие знаковые фильмы уходящего года, которые, похоже, уже никогда не дойдут до украинского зрителя: «Виновен» Венсана Гаренка (Франция), «Крулик: тень прошлого» Анки Дамиан (Румыния) или «Окончательный монтаж: Дамы и господа» Дёрдя Палфи (Венгрия) — кстати, призёра «Молодости» за прославивший его дебют «Икота». Чуть ли не впервые фильмы главного конкурса «Молодости» не вызывали никаких дискуссий, не становились даже поводом для серьёзного разговора.

Похоже, окончательно из фестиваля ушла его непосредственная дружеская атмосфера. Раньше на нём можно было легко завязать разговор практически с любым участником, дискуссии нередко велись до рассвета. В этом году даже общаться на «Молодости» было негде: напрочь отсутствовали площадки для неофициальных мероприятий (судя по гробовому молчанию пресс-центра, на фестивале в этом году практически не было никаких вечеринок), многие гости зачастую после представления своих фильмов бесследно исчезали. «Когда фестиваль был маленьким, атмосфера была более непосредственной. Сейчас он стал большим, и общение режиссеров, критиков, обмен опытом и мнениями отошли на второй план. Всё это ушло, зато фильмов стало больше», - отметил Кирилл Разлогов.

Отсутствие этой самой атмосферы «Молодости» можно было бы простить, если бы её отличал более профессиональный и человечный подход его сотрудников. Самым неприятным впечатлением от нынешнего фестиваля, пожалуй, стало общение с представителями пресс-центра. Я был свидетелем, как некоторых журналистов (много и давно пишущих о фестивале) откровенно «отфутболивали» и по малейшему поводу посылали к Андрею Халпахчи. Одного кинокритика из Одессы работницы пресс-центра непонятно на каком основании обвинили в краже аккредитационных бейджиков. Другие журналисты рассказывали, как в пресс-службе достаточно хамовато отзывались о региональной украинской прессе в целом. «Мне так и сказали: «Что нам ваши Черкассы, Одесса или Харьков? И вообще, нас интересует только российская пресса», - поделилась впечатлениями одна из журналисток. Если то, что она рассказала — правда, становится очень грустно за фестиваль. Выходит, что его делают не для украинского зрителя, а для российских критиков. Вот только почему-то в России как не знали, так, по сути, и не знают о киевской «Молодости». Не было заметно на фестивале и наплыва российских киноманов. Впрочем, зная безразличие тамошней публики ко всему, что происходит за пределами их населённых пунктов или районов, этому вряд ли стоит удивляться.

Странной была и процедура отбора журналистов на церемонии открытия и закрытия фестиваля. Но даже тех, кому впоследствии вручили пригласительные, позже умудрялись обвинять в их воровстве. Хотя после закрытия некоторые медийщики шутили: «Не хотели пускать, чтобы никто не знал о позорной церемонии».

Ваша жизнь может рухнуть

Режиссер Леос Каракс
Фото: molodist.com
Режиссер Леос Каракс

В отличие от международного конкурса, в этом году настоящий прорыв произошёл в конкурсе национальном. За исключением откровенной бездарщины («Инспектор» Ольги Навроцкой и «Свояки» Сергея Силявы) или безнадёжно устаревшего наива («Та поеду!» Валерия Шалыги и «Я взгляд поймаю твой» Елизаветы Короткой) фильмы украинских режиссёров были неожиданными, интересными, живыми и актуальными. В них была заметна одна особенность: современные авторы сбросили с себя замшелые штампы, которые упорно прививали начинающим кинематографистам в печально известном (в последние десятилетия) Киевском национальном университете театра, кино и телевидения им. И. Карпенко-Карого. Как только они забыли о «традициях украинского поэтического кино» и внимательнее присмотрелись к тому, что их окружает, в творческом плане им удалось совершить мощный рывок вперёд. Что не может не давать надежды на появление в ближайшем времени целого ряда громких премьер и новых имён.

Нельзя не отметить и разнообразнейшую внеконкурсную программу фестиваля, которую украсила секция Cinergy. В её рамках можно было посмотреть уникальную ретроспективу культового канадского авангардиста Артура Липсетта (его фильмами вдохновлялись такие разные авторы как Джордж Лукас, Гай Мэддин и Стенли Кубрик).

В достижения «Молодости» можно вписать и вечер поэзии известнейшего российского поэта Андрея Родионова, а также презентации программы фестиваля видеопоэзии «Пятая нога» и арт-группы «Провмыза».

В рамках недели нового российского кино были показаны лучшие фильмы этого года - «Кококо» Авдотьи Смирновой, «Конвой» Алексея Мизгирёва, «Зима, уходи!» школы Марины Разбежкиной, «Пока ночь не разлучит» Бориса Хлебникова (на этом показе был настоящий переаншлаг, желающие попасть на сеанс пробивали себе дорогу с боем!), «Я буду рядом» Павла Руминова и ряд других. Традиционную программу о нетрадиционной любви «Солнечный зайчик» украсил показ обладателя приза «Тэдди» за лучший документальный фильм на Берлинале-2011 - «Баллада о Дженезис и Леди Джейн» Мари Лозье (США). Говорят, что на «Молодость» планировали пригласить самого Дженезис Пи Орриджа, основателя легендарнейших андерграундных групп “Throbbing Gristle” и “Psychic TV”. Жаль, что не получилось.

Безусловно, главным событием всей «Молодости» стал визит Лео Каракса и украинская премьера его последнего фильма «Священные моторы».

А вот показ новой картины обладателей гран-при фестиваля 2009 года за «Девочку» Райнера Фриммеля и Тиццы Кови разочаровал. Их «Сияние дня» оказалось очень слабой работой. Даром что она получила приз за лучшую мужскую роль (Филип Гохмайр) на МКФ в Локарно-2012.

Разочаровал и даже возмутил фильм-обладатель гран-при последнего венецианского фестиваля - «Пьета» Кима Ки Дука. Глядя на такое кино, складывается впечатление, что всё застряло где-то в 1990-х. Учитывая схожую ситуацию с призёром «Молодости-2012» выходит, что это общая тенденция для целого ряда международных кинофестивалей.

Впрочем, был в программе «Молодости» ещё один фильм, который невозможно забыть, и за который хочется сказать особую благодарность его дирекции. Речь о картине Бенце Флиегауфа «Просто ветер» (Венгрия — Германия — Франция), основанной на реальных событиях, случившихся между 21 июля 2008 и 3 августа 2009 года в Венгрии. Именно тогда в соседней с нами стране произошла серия кровавых нападений на поселения рома, в результате которых из дробовиков и коктейлями Молотова было убиты шестеро, а всего пострадали более 50 человек. Флиегауф показал семью рома, которая отчаянно пыталась устроиться в жизни, дать образование своим детям, иметь стабильную работу. «Я не хотел, чтобы моими героями были люди, бьющие в бубны, танцующие или играющие на скрипке. Мне было интересно понять, что происходит, когда они остаются в одиночестве», - отметил в одном из интервью режиссёр.

Жизнь героев фильма оборвалась однажды ночью. Кто-то (возможно, полицейские этого городка) ворвались в дом и убили всех членов семьи, как последних свиней. Если кто-то подумает: меня это не касается, меня никто не посмеет обидеть, тот глубоко заблуждается. Вся история минувшего века показывает, что любой житель Украины (да и любой другой страны) может в один прекрасный момент быть застрелен как последняя скотина, закопан заживо, умерщвлён в газовой камере или сгноён на сибирских каторгах. Возможность понять, что такое возможно, напомнить о том, что такое было, дать повод подумать, как не допустить этого снова и остаться человеком и даёт такое кино. А вместе с ним и фестиваль, благодаря которому подобным фильмам удаётся пробить дорогу к украинскому зрителю.

Тэги: кино, фильмы, МКФ Молодость, кинофестивали, фестивальный дневник
Печать
Читайте в разделе
Выбор читателей
В.о. директора департаменту з питань люстрації Міністерства юстиції призначено 23-річну Анну Калинчук. Ваша реакція з цього приводу?