Аграрный ОПЭК: за и против

Печать

Теоретически, ключевые постсоветские республики могут объединиться в орган, который сможет контролировать практически половину мирового аграрного рынка. Такой союз может быть создан на первом этапе – для координации экспорта зерна и других стратегических аграрных культур, на втором этапе для формирования глобальной вертикально-интегрированной аграрной системы для борьбы за рынки и обеспечения продовольственной безопасности во всем мире.

Фото: bfm.ru

Разумеется, такой экономический диалог предполагает и определенное политическое партнерство. Это может быть как своеобразная «аграрная дипломатия», так и сотрудничество в формате «объятий потеснее». Говоря о стратегии такого партнерства, необходимо принимать во внимание целую линейку факторов: «политический дух» такого органа, политическую готовность правительств, технологические, научные, общемодернизационные аспекты и, самое главное, экономическую целесообразность. Например, я против «шароварных и антишароварных союзов». Речь может идти о чистых проектах и координации внешней политики, в контексте продвижения экономических интересов. Это требует определенной политической культуры от руководства стран. Недопустимо «налево и направо торговать» Родиной и ее интересами.

Что касается политических факторов, здесь все предельно ясно: маятник внешнеполитических предпочтений возможных участниц такого международного института качается из стороны в сторону уже двадцать лет. По моему, скоро голодным народам бывших республик СССР это надоест и они потребуют не зрелищной внешней политики и спекуляций, а профессиональных дискуссий и крупных экономических проектов.

Первым из таких может быть так называемый «АГРАРНЫЙ ОПЭК», далее АО. Фактически речь идет о новой международной экономической стратегии использования чернозема странами-участницами, защиты интересов этих государств, участие в гарантировании мировой продовольственной безопасности.

Итак, аргументы «за»

Во-первых, страны АО могут, например, обеспечить 20% мирового экспорта зерна и, вместо нерадивых зерновых трейдеров, контролировать ценовую политику исходя из своих государственных интересов. Основные игроки на рынке зерна теряют свои позиции, в тоже время – такие страны как Украина, Россия и Казахстан, наоборот - растут. Сегодня наиболее благоприятное время для начала такого сотрудничества. Посудите сами, доля США в мировой торговле сократилась с 28% в 2000 г. до 20% в 2011 г., Канады – с 17% до 14%, Австралии – с 16% до 13%. В то же время совокупная доля России, Украины и Казахстана на мировом зерновом рынке с 2000 г. по 2011 г. увеличилась с 6% до 24%. Эксперты отмечают, что «союзничество» помогло бы на треть поднять цены на мировом рынке зерна и укрепить политические позиции. Ведь ключ от продовольственной безопасности мира, со временем, оказался бы в «общем кармане» стран-участниц АО.

Во-вторых, пока правительства колеблются, на шее украинских аграрных компаний все туже затягивается биржевая удавка фьючерсного рынка. Вместо формирования своей большой игры, украинские агрокомпании будут играть в чужие. Например, в текущем году, они смогут торговать фьючерсами на свою пшеницу на Чикагской товарной бирже. Для этого между ЧТБ и украинским правительством подписано соответствующее соглашение. Далее, очередь таких культур как кукуруза, подсолнечное масло и ячмень. И вновь эта возможность будет играть на руку лишь крупным агротрейдерам, а спекулятивные колебания могут привести к «проседанию прибыли» из-за игр «организованных и консолидированных игроков». Украина может оказаться «чужой на этом празднике жизни». Нивелировать такие риски может создание АО: он смягчал бы ценовые колебания и скупал культуры у мелких производителей «не выкручивая им руки», как это делают сейчас крупные иностранные трейдеры. Практические формулы могут быть самыми разнообразными. Например, с точки зрения логистики было бы целесообразно, чтобы Украина, с учетом ее развитой портовой инфраструктуры, вывезла больше зерна на экспорт, Россия, в свою очередь, поставляла бы зерно Украине, а Казахстан - России.

В-третьих, очень актуальным является вопрос политического протекционизма экспорта. Когда у конкурентов заканчиваются экономические аргументы и наша цена становится гораздо более приемлемой, чем у них, в ход идут неэкономические способы борьбы - обвинение в плохом качестве продукции и тому подобное. Сейчас американская пшеница в Мексиканском заливе продается по 218 долларов за тонну, а российская в Новороссийском порту стоит 195 долларов. За последние годы украинская и российская пшеница сильно потеснила американскую в Египте. Интересно, что в текущем сезоне в этой стране возникали инциденты сначала с украинским, а недавно и с российским зерном. Да и сами страны Америки и Европы часто прибегают к услугам своих институциональных лоббистов - Европейский союз, Всемирный банк, Международный валютный фонд, Американская торговая палата, Всемирная торговая организация и тп. Следующим этапом развития АО может быть создание крупных международных продовольственных проектов, а также реализация инициатив в области аграрной науки и промышленного производства сельскохозяйственной техники. Со временем может сформироваться экономическая вертикаль «чернозем – конечный товар на столе потребителя» с высокой конкурентоспособностью в цене, новациях, качестве и инструментах продвижения.

Аргументы «против»

Главными оппонентами такого партнерства являются страны Европы и Америки, Австралия. И это логично – они защищают свои внешнеэкономические позиции, будучи ключевыми экспортерами продуктов и сельскохозяйственных культур.

Во-первых, говоря о рисках такого союза, следует отметить важность политического фактора, а конкретно – доминирование России. Как я уже отмечал, это вопрос определенной политической и экономической культуры правительств. Во избежание недоразумений и для формирования структуры, способной выполнить свою миссию, необходимо использовать право «вето», когда в таком «творческом союзе» каждый участник будет равноправным партнером. Другое дело, сугубо политические факторы: есть масса «ниточек», за которые будет «дергать» Кремль, чтобы добиться своего удобного решения. А это уже вопрос внутреннеполитической безопасности каждой из стран. Без зрелой политической системы и эффективного лидерства внутри государства - невозможен паритетный союз ни с кем.

Во-вторых, отдельные эксперты отмечают, что портовый потенциал Украины позволяет ей самостоятельно играть в эту игру. Да и экономически мы гораздо перспективней России. На Украине вполне возможно за 70 евро произвести тонну пшеницы – в Европе, с трудом, за 130 евро. Уступаем только Австралии, Бразилии и Аргентине. А попытки, снова же, России реализовать возможные «причерноморские проекты», очень похожи историю с «бесплатным или благотворительным севастопольским флотом» на территории Украины. Нужно быть предельно внимательными, что бы подобное не повторилось, уже в экономическом, а не военно-политическом сотрудничества между Киевом и Москвой.

В-третьих, создание такого института однозначно приведет к конфликту с Европой. Это будет серьезным препятствием для продвижения украинских товаров на рынки последней, причем товаров не только сельскохозяйственных.

Вообще, европейское будущее украинского зерна и другой агропродукции – очень любопытных миф, похожий на «обещание жениться». Как бы Украина навсегда не осталась «в девках». В Европе действует очень мощное аграрное лобби, которое четко контролирует ее экономические и политические решения в сельскохозяйственной сфере. Это, прежде всего фермеры 27 европейских стран. Разумеется, никто по-настоящему, не впустит Украину на рынок Евросоюза. Например, Европа открыла для Украины 80% позиций, которые можно поставлять свободно. Это бананы, это кокосы, это пальмовое масло. А 20%, которые нам закрыли или квотировали, это зерно, мясо, молочные продукты, сахар. Комментарии излишни.

Тэги: сельское хозяйство, зерно, экспорт зерна
Печать
Читайте в разделе
Выбор читателей
В.о. директора департаменту з питань люстрації Міністерства юстиції призначено 23-річну Анну Калинчук. Ваша реакція з цього приводу?